ED-Беседа
«Демонстрационный экзамен
— это прорыв»
ED-БЕСЕДА
«Демонстрационный экзамен
— это прорыв»
За десять лет движение Ворлдскиллс Россия изменило ландшафт СПО, породив собственную систему стандартов и предложив рынку труда выпускников колледжей совершенно нового, международного уровня. Но для того чтобы система СПО не снижала темпов развития, требуется новая порция перемен. Демонстрационный экзамен, отказ от нормативно-подушевого финансирования и сокращение сроков обучения — лишь необходимый минимум.

Об этом наш разговор с Робертом Уразовым, генеральным директором АНО «Агентство развития профессионального мастерства (Ворлдскиллс Россия)».
Денис Кравченко
основатель EdExpert
Роберт Уразов
генеральный директор АНО «Агентство развития профессионального мастерства (Ворлдскиллс Россия)»
Уровень амбиций
Как получилось, что международное движение WorldSkills, созданное, чтобы привлечь внимание к рабочим профессиям, в России стало триггером развития системы СПО?
Я отношусь к российскому Ворлдскиллс как к феномену. Многие страны удивляются, как мы смогли такое сделать, ведь ничто не предвещало. Были предположения, что мы погрязнем в бюрократическом обсуждении, друг друга сожрем, но…

Ворлдскиллс Россия, сгусток энергии тех, кому это было интересно, появился на самой благодатной площадке — президентской. Произошло это в 2011 году во многом благодаря стечению обстоятельств. В том же году было создано Агентство стратегических инициатив (АСИ), без которого, вероятнее всего, феномен WorldSkills в России не появился бы.
Образование не та сфера, где из-под палки что-то получается хорошо. Здесь, чтобы что-то получилось, нужно влюбиться
Базовая идея была в том, чтобы движение получило поддержку первого лица. Это во многом предопределило контуры будущего движения и степень амбиций его организаторов. После появления АСИ возникла конкуренция первоначально всего между четырьмя регионами, которые лоббировали появление WorldSkillls в России. И все эти лоббисты объединились.

В России, по сути, эту тему открывал Дмитрий Песков, изначально выстраивая проект не с опорой на то, что было, а с ориентацией на будущее. И пошло — сработала логика создания продукта нового типа.

Ближе к 2014 году проект миновал стадию «давайте просто попробуем вступить в движение и провести чемпионат». Стало понятно, что этот движок позволяет сделать гораздо больше.
На данный момент специальный представитель президента РФ по вопросам цифрового и технологического развития, директор направления «Молодые профессионалы» Агентства стратегических инициатив по продвижению новых проектов.
Директора после мастеров
Сетевые сообщества, собранные по принципу самоорганизации на основе конкуренции, способны выдавать продукты разного типа. Логично, что Ворлдскиллс Россия начал выдавать продукт.

Ключевая задача, которую движение, собственно, и решило, — собрать вокруг себя стейкхолдеров. Прежде всего, это эксперты, мастера производственного обучения. Вовлечены в процесс и колледжи. В компаниях же специальное образование затрагивает интересы инженерного состава, рабочих и мастеров. Кроме того, в СПО заинтересованы производители оборудования и технологий. Что всех их объединяет? Это профессионалы, которые создают решения, чтобы другие люди могли работать.
Фотографии предоставлены пресс-службой Ворлдскиллс Россия
Феномен российского Ворлдскиллс заключается в том, что мы можем запускать процессы изменений быстрее, чем это делают бюрократические институты. Можно долго придумывать ФГОСы, профстандарты, составлять сотни протоколов совещаний, но если конкретному человеку это не надо, то он этого делать не будет либо будет делать из-под палки. Образование не та сфера, где из-под палки что-то получается хорошо. Здесь, чтобы что-то получилось, нужно влюбиться. Сигнал сверху получил хорошую поддержку снизу. Для развивающейся отрасли изменения, произошедшие за четыре года, просто феноменальны.
Когда директора колледжей поняли, что пришло что-то по-настоящему важное?
Директора появились на втором этапе, когда первые мастера показали, что изменения в принципе возможны. В 2016 году я убеждал Исаака Калину, руководившего Департаментом образования столицы, что Москва должна присоединиться к движению. До этого колледжам чуть ли не напрямую запрещали участвовать в движении. Сейчас, разумеется, Москва в лидерах.

Мы наблюдаем феномен, когда движение продуцирует гораздо больше содержания, нежели оформляется в виде правовых норм и ведомственных актов. Например, демонстрационный экзамен, в этом году его будут сдавать 180 000 выпускников колледжей. Это почти четверть всех учащихся в СПО!
Вы изначально опирались в работе на мастеров. А они-то были? И соответствовали международным критериям?
Были, но не с той мотивацией, не на тех позициях или не с тем оборудованием. Какой смысл учить токаря управлять станком с ЧПУ, если у вас нет этого станка? Конечно, есть уникальные случаи. В 2015 году один из участников стал чемпионом России, не имея станка в своем колледже. Человек изучал технологический процесс с помощью ролика в YouTube. Но это частный случай. Классный мастер может стать чемпионом вопреки, а вот обычный человек, который не готов бросить все на алтарь победы, — вряд ли.

Еще одно препятствие для мастеров в том, что образовательный результат не является их основной задачей. Что делать, если руководство транслирует: ваша задача — не подготовка хорошего сварщика, а вовремя сданные отчеты? Это тоже важно, никто не спорит. Но для результата нужно, чтобы у человека было не сто задач, а две-три, не больше.
Создавать, не копировать
Новое отношение к специальному образованию — это не только российская история?
Есть системные сдвиги, мировые тенденции, которые переламывают множество отраслей. Резко сокращаются темпы подготовки, демократизируются разные виды деятельности. То, что раньше считалось уделом элиты, сейчас приходит в массовую систему.

Университеты никогда не были заточены под производство массового продукта — они должны создавать что-то принципиально новое, а значит, университетское образование должно строиться исследовательским способом. Поэтому требовать от вузов обеспечить кадрами отрасль — это бред. У каждой системы есть свое предназначение.
Фотографии предоставлены пресс-службой Ворлдскиллс Россия
Сейчас уже невозможно поделить людей на синих и белых воротничков. Позиции управляющего и управляемого смешались. Почему мы много говорим о предпринимательских навыках? Потому что все чаще и чаще нужно принимать решение самостоятельно, а соответствующие навыки требуются уже и от рабочего, и от подмастерья, чего никогда раньше не было.
Современный рабочий должен обладать предпринимательской позицией?
Предпринимательство — это определенная картина мира и ваша позиция в ней. Если у вас предпринимательский образ мышления, то вам легче заниматься чем-то новым, чем масштабировать старое. Не нужно что-то копировать, нужно создавать. Многие виды деятельности сейчас требуют этого. Простой пример: у поваров больше нет книжки «100 рецептов русской кухни». Есть только продукты, а книжку они должны написать сами. Раньше так было только в элитных ресторанах, теперь в любом кафе.
Феномен Ворлдскиллс заключается в том, что мы можем запустить процессы изменений быстрее, чем это делают бюрократические институты
Мы в Ворлдскиллс Россия уловили эту тенденцию. Если есть сообщество людей, они не ждут, что до них доведут какую-то норму, они сами задают норму, передают умения и информацию друг другу. Посмотрите на любой стартап: человек одновременно и предприниматель, и управленец, и изготовитель. Необходимость такого совмещения навыков в реальной жизни сильно повлияла и будет влиять на СПО в России. Если профессионал совмещает функции на регулярной основе, то это быстро переходит в системную подготовку. И все, что нужно, — это не мешать. Удерживать контроль результата, а не процесса. Развивающееся в рамках этой парадигмы движение Ворлдскиллс Россия вошло в жизнь многих колледжей, университетов, кружков, в чем тоже заключается неожиданный и интересный феномен.
Источник стандарта
Государство приглашает вас заниматься вопросами развития СПО и новых сценариев развития этой сферы?
Посчитал для интереса: есть 27 советов, в которые я вхожу. Зачем меня туда вписывают? Всегда приходишь с какой-то повесткой, что-то делаешь. Но имеешь ли ты какие-то полномочия? Нет, не имеешь.

Есть вещи, которыми нужно заниматься здесь и сейчас. Например, в 2018 году президент сказал: хватит заниматься только сборной. От подготовки сотен надо перейти к подготовке десятков тысяч. С этого момента начала воплощаться в жизнь идея демонстрационного экзамена. Предыдущий состав Министерства просвещения не принимал этой идеи, но с приходом Сергея Сергеевича Кравцова позиция изменилась. Тема демонстрационного экзамена стала одной из ключевых.

Почему именно демонстрационный экзамен? Если вы у кого угодно спросите, что в большей степени повлияло на школу, вам ответят: ЕГЭ. Что же касается ФГОС, то поговорите с любым методистом в школе или колледже, он скажет, что знает, как обойти ФГОС, просто попросит это не записывать.
У Ворлдскиллс тоже есть стандарты.
В правительстве шло обсуждение такого рода: «Вы сами себе стандарты пишете, сами их акцептуете, сами применяете. Но кто-то же должен проверить?» Я отвечаю: «А как?» Когда человек что-то создает, ты должен быть экспертом такого же уровня, чтобы его проверить. Как поварам сказать, правильный у них стандарт или нет? Или людям, которые занимаются машинным обучением или графическим дизайном? Они знают, ты — нет. Если вы не в состоянии выстроить систему, которая движется вперед, то никакие средства контроля не помогут.

У нас здесь есть несколько инструментов. Но главный — это публичность. Если делать ерунду, это станет очевидно. Второе — международная рамка, глобальный уровень.
Рейтинг СПО
Какие инициативы нужны, чтобы продолжала меняться сфера СПО?
«Благодаря» прежнему руководству министерства мы упустили возможность войти в проект международного рейтинга СПО в качестве организаторов. В 2019 году было с десяток стран, готовых сразу поддержать этот проект. Но наше министерство даже письма коллегам в другие страны не отправило. Нынешний состав министерства прилагает титанические усилия, чтобы исправить ошибку предшественников. Тогда нам говорили: «А кто уже сделал так? А как можно понять, правы мы или нет, если мы первые?»
А чем этот рейтинг облегчил бы вам жизнь?
Сейчас на рынке труда несколько важных тенденций. С одной стороны, рынок стал глобальным. С другой, есть тенденция к «островному» существованию. Например, свою вакцину США мы не продадим, даже если она будет в миллион раз лучше, потому что есть ограничения, протекторат для своих. Но любого создателя вакцины в любом институте США возьмут без проблем. Борьба за таланты никуда не делась. Но сейчас под талантом понимается не верхушка из трех процентов наиболее одаренных специалистов в стране, а весь человеческий потенциал, который есть.
Мы сами с усами, но от внешнего мира никуда не деться. Если нет диалога культур, то вы не впитываете новое и проигрываете. Разумеется, не нужно выстраивать что-то на чужих ценностях. Есть фундаментальные национальные ценности. Но прикрываться своей идентичностью в профессиональном плане — путь в никуда. Надо уметь показывать, что картина мира у вас своя, есть несколько точек зрения, а не только англосаксонская. Собственный успех, преимущество надо выявлять и демонстрировать, но это возможно только в сравнении.
Как сравнивать мастерство, понятно. Как сравнивать школьные системы — тоже. А вот СПО в странах исторически различаются кардинально. Каким же вы видите этот рейтинг?
Есть всего две системы: school-based и industry-based. Остальные различия не касаются содержания. Подготовка сварщика, повара, гейм-дизайнера, образовательного дизайнера в разных странах предполагает один и тот же базовый набор компетенций.

Мы регулярно проводим чемпионаты среди высокотехнологичных компаний — WorldSkills Hi-Tech. И всегда добавляем «компанию-раздражитель». Чтобы не было сомнений в нашей честности — это не чемпионы, не крупные компании, а ребята из других стран. Так вот, в 2017 году был китайский парень. Он никогда не видел станки DMG, всегда работал на китайских, ни разу не видел «башку» ЧПУ, не знает, как ее программировать. Дали мануал, он изучал его шесть часов — выполнил задание на третье место. Нет принципиальных отличий.
Фотографии предоставлены пресс-службой Ворлдскиллс Россия
Вопрос в том, что нужно договориться на уровне политических решений, как мы сравниваем содержание. Второй вопрос — как мы сравниваем уровни управления. Понятно, что может быть ситуация: какая-то страна классно готовит профи, но для одного процента населения. А у нас в России есть потенциал чуть ли не до ста процентов. Но базис сравнения уже будет.
А как сравниваются системы профессионального образования сейчас?
Достаточно давно существует большая программа ООН. Она в том числе стимулирует страны развивать профессиональное образование и сравнивает системы управления. СПО сравнивается пока по двум параметрам. Первый — соответствие стандарту. Так происходит у нас: мы сравниваем с чемпионским стандартом как с лучшей нормой на данный момент. Так всегда обеспечивается развитие общества: все ориентируются на лучший результат.

Второй параметр связан с оценкой перспективы трудоустройства выпускников, восприятием этих специалистов на рынке труда. О нем говорят теоретики, но никто так и не смог его измерить, в том числе пока и мы. Мы же в 2017 году сравнивали результаты ребят из тех регионов, кто прошел демонстрационный экзамен, и тех, кто от него отказался. Разница в зарплате в 60% в пользу первых! Причем не важно, как был сдан этот экзамен. Влияет сам факт сдачи.
Нужно сломать нормативно-подушевое финансирование. Должен быть другой принцип, основанный на результате, а не на времени
Сейчас у нас есть соглашение с Пенсионным фондом. В ближайшее время подпишем с налоговой. И начнем анализировать данные, хотя этому очень мешает отсутствие нормы работы с персональными данными. С одной стороны, аналитика — для общественного блага, с другой стороны — вы бы хотели, чтобы про вашу зарплату кто-то знал? Бенефициаром этого исследования будете не вы, а тот, кто придет учиться после вас. Мы ищем варианты деперсоналифицированных исследований.
Без содержания
Какие сценарии развития СПО вы видите?
Их немного. Первый всем известен. Про него любят говорить политики: готовить под работодателей, это называется дуальным образованием. Но связок «учебное заведение — работодатель» все меньше и меньше. При нынешней степени неопределенности работодатель не только не знает, сколько специалистов ему потребуется через год, он вообще не уверен, что у него через год будет этот бизнес. Приглашать крупнейших работодателей — не выход, поскольку у них кардинально другая схема работы с персоналом.

Есть много колледжей, которые классно работают, они даже в Ворлдскиллс никогда не придут, потому что это избыточный элемент в их системе. Они работают на конкретную компанию с конкретным заказом и находятся в контуре экономической деятельности этой компании. Это идеальная конструкция, но из индустриального мира. В таком режиме могут себе позволить работать лишь некоторые компании с длинными циклами — «Росатом», «Роскосмос», нефтяные компании.
Фотографии предоставлены пресс-службой Ворлдскиллс Россия
Второй сценарий — временный, который умрет лет через пять. Это цифровая занятость. Сначала цифра захватила телеком, теперь переходит в реальный мир — промышленность, образование, здравоохранение. Интернет связывает людей с машинами и вещами. Теперь там не нужен человек, который занимается разработкой, но нужен эксплуатант.

Это тот сценарий, который государству нужно реализовывать сейчас. Иначе мы приостановим рост наших IT-компаний. У нас почему-то делают ставку на университеты. С чего — непонятно. Вузы не могут готовить эксплуатантов, за четыре года технологии изменятся. Если предложить годовые программы, которые будут их готовить, то можно стать халифом на час. Почему на час? Потому что в перспективе потребность в эксплуатантах будет снижаться. Возникнут решения, которые заменят этих людей. Но тем не менее это быстро растущий рынок.
Следующий сценарий, актуальный в ближайшие 40−50 лет, — это сценарий самозанятости. Мир иерархических систем почти разрушился. Сейчас основной документ — протокол коммуникации между горизонтальными звеньями. Кто держит этот протокол, тот управляет миром.

Все делают большую ошибку, связывая самозанятость только с предпринимательскими навыками. Предприниматель организует себя и еще некоторое количество людей, берет на себя риски. В условиях самозанятости отсутствуют риски и ответственность за организацию других людей. Но при этом может быть неограниченное число работодателей-заказчиков. В Китае уже 40% людей работают по этому принципу. В России — меньше 4%. Но нам придется готовить много таких специалистов, потому что способ создания продукта поменялся. Он заключается в информатизации общества и переходе к экономике прямых равноправных связей. Сегодня работодатели все чаще предпочитают не нанимать сотрудника, а платить только за работу и результат. В таких условиях многие выбирают работу на себя — уже сейчас число самозанятых стремится к росту. И эта тенденция неизбежна, но самозанятость — принципиально другой набор навыков.
Мы должны не просто давать людям профессиональные знания и умения, но и учить профессиональной конкуренции, мобильности и адаптивности; должны учить, как оформить договор, как найти себе клиента, как арендовать помещение. Потенциал этого сегмента рынка труда в России огромен, ведь он заключен в каждом отдельном человеке, а точнее в автономном специалисте. Про себя мы называем таких людей (с навыками мирового уровня) асами.

Стране не хватает асов, а мировые тренды говорят о том, что самозанятость будет набирать обороты. Ворлдскиллс — одна из немногих систем, которая практически может реагировать на изменения рынка труда и в мире, и в стране. Кроме заделывания бреши здесь и сейчас, мы способны работать на долгую перспективу, готовить специалиста с актуальным набором навыков. Наш совместный с АСИ проект по подготовке самозанятых «НАСЕБЯ. РФ» может стать трамплином в новую жизнь для миллионов людей. Сегодня статус самозанятого ассоциируется лишь с немногими профессиями, среди них риелторы, таксисты и т. п. Мы уверены, да и международный опыт подсказывает, что практически во всех секторах экономики возможна работа на себя, и это позволит восполнить дефицит специалистов в сферах IТ, ЖКХ, сфере услуг, строительстве и т. д.
А как самозанятые будут работать в команде?
Кто-то из них вырастет в предпринимателя и будет нанимать персонал, кто-то — нет. Идея в том, что если учащийся будет иметь и диплом, и опыт (желательно опыт продаж), то он с большей долей вероятности добьется успеха. Самозанятый должен уметь монетизировать свой труд, опыт, компетенции, профессионализм в целом. А предприниматель просто перепродает товары. Тут еще предстоит подобрать правильные слова явлениям на современном рынке труда. О тех же продажах еще есть много стереотипов (барыга, спекулянт), как и с рабочими профессиями (путяга).

Статус самозанятого обязывает быть профессионалом — это тот ресурс, который нужно задействовать, чтобы получить деньги. Не считая прибыли, самореализации и самоуважения, WorldSkills может предложить самозанятым еще одну ценность — вовлеченность в профессиональное сообщество. Именно там, среди профи, мы учим человека, мотивируем, показываем механизмы, как реализоваться в разных областях: в наемном труде, предпринимательском деле, в самозанятости или создании отдельных проектов.
Фотографии предоставлены пресс-службой Ворлдскиллс Россия
Одна из многих историй: наша золотая медалистка европейского чемпионата EuroSkills Budapest — 2018 и чемпионата мира WorldSkills Kazan — 2019 по компетенции «Визуальный мерчандайзинг» Настя Распопова открыла для себя возможности самозанятости, организовала свое дело вместе с тренером национальной сборной WorldSkills Russia по той же компетенции, серебряным медалистом чемпионата мира WorldSkills Abu Dhabi — 2017 Умаром Нуршиновым. Теперь они занимаются декором для мероприятий и помещений. Такие примеры показывают, что мы создаем такую среду, которая, кроме абсолютно прикладных дивидендов, дает ощущение единства с профессиональным сообществом, личной стабильности и гарантию успеха.
Что вы думаете о прикладном бакалавриате?
В советские времена был короткий анекдот: «Еврей в колхозе». Примерно то же самое и с прикладным бакалавриатом. У этого понятия нет содержания, а само явление не принесет никаких дивидендов. Это костыль между интеллектуальным и прикладным трудом.

Надо делать новое образование, исходя из того, что придется учиться долго. Не удобно, как сейчас, когда один раз обучился, и всё. Придется работать с цифровым следом, признавать чужие достижения, достигнутые не в вашей образовательной организации. Создавать курсы, которые отвечают реальному запросу.

Мне симпатична реформа, которую пытался воплотить Борис Джонсон. Идея состояла в том, чтобы уже после года профессионального обучения студент получал квалификацию. Пусть «маленькую», но позволяющую идти работать, как-то быть идентифицированным на рынке труда. Поработали — пошли еще подучиться. И так несколько итераций.
Как это работает в индустриальной системе? Если хочешь поработать, то тебе дают академический отпуск. Возвратился и хочешь сдать экзамен — есть экстерн. Но тут выясняется, что не было посещаемости… На условную астрономию забыл сходить. Вот с этого момента схема уже не работает. Но представьте, я каким-то чудом принес эти часы астрономии, сдал экзамен. Что дальше? В образовательное учреждение придет Рособрнадзор. Получается, что-то, что для рынка сейчас нормальный и приоритетный вариант, для образования — исключительный. Нам нужно переворачивать систему.

Есть поучительная история про Лену Кожинову из Ульяновска, которая взяла медальоны за профессионализм на чемпионате Европы EuroSkills Gothenburg — 2016, чемпионате мира WorldSkills Abu Dhabi — 2017 и получила Euro Pass Mobility. То есть показала, что она умеет спроектировать и сшить платье, рассказать о платье и даже продать его, и получила право работать по специальности в Евросоюзе. Лена готовый профессионал уже на первом курсе университета в Ульяновске. Так всё равно ей пришлось четыре года учиться. Мы твердо уверены, что в Ульяновске знают больше о модных технологиях, чем в Милане?
Я понимаю, почему ректор университета так поступил. Во-первых, Рособрнадзор. Во-вторых, у него же отнимут деньги. Подушевое финансирование никто не отменял. Ощущение такое, что мы даем дипломы за часы, проведенные за партой. В нормальной системе ректор должен быть заинтересован в том, чтобы научить как можно больше людей. Тем больше денег он получит. У нас система не настроена на такой тип развития, а он становится массовым.

Профессор Александр Асмолов на последнем совете по ФГОС указал на два явления, которые поменяли общее образование, — это ЕГЭ и нормативно-подушевое финансирование. Судя по всему, мы вместе с Министерством просвещения нашли решение для СПО, столь же эффективно меняющее систему, как и ЕГЭ. Демонстрационный экзамен позволит совершить настоящий прорыв, если мы сумеем его узаконить, о чем вроде бы уже договорились.

Но второе, что нужно сломать, — нормативно-подушевое финансирование. Должен быть другой принцип, основанный на результате, а не на времени.
Как быть с общим образованием в колледжах?
Я часто выступаю за сокращение сроков подготовки. Какой смысл долго вкладываться в человека, если он все равно будет учиться всю жизнь? Мы можем нанять преподавателя по общим предметам, лучшего, чем в школе? Не можем. Второе — ребенок от чего сбежал? От предметов? Вот ему снова эти предметы. Зачем? Он видит, что рядом происходит реальная жизнь, в том числе в мастерских. И у него возникает благоговейное непонимание: зачем мне все это, если в жизни мне все это не пригодится?

Но это сложный вопрос. Я сторонник того, что нам надо специфицировать общее образование в соответствии с будущей профессией студента. Это опасный путь, потому что образование может стать слишком узкоспециальным. Тем не менее я считаю, что альтернативы этому пути нет. Сейчас срок обучения три года десять месяцев. Двух лет будет вполне достаточно. И мы точно успеем дать человеку и общеобразовательные предметы, и профессию.
Если статья была для вас полезной, расскажите о ней друзьям. Спасибо!

Читайте также:
Показать еще