Эффект Беринга

Благодаря Тотальному диктанту я почувствовала, что Дальний Восток — мое место силы. В 2017 году в рамках акции я впервые оказалась во Владивостоке, и тогда появилось желание пожить и поработать здесь. Я поступила в аспирантуру и вернулась в университетскую среду, из которой мне когда-то пришлось выйти, — не получалось совмещать разные направления работы в Тотальном диктанте.

Камчатский университет, на мой взгляд, имеет потенциал для развития именно с точки зрения своей региональной идентичности. Потенциал Камчатки мы закладываем в основу образовательных программ, научных исследований, международной повестки вуза.

Мой опыт показывает, что периферия намного проще объединяется с другой периферией, усиливая друг друга, нежели присоединяется к центру. И в целом мне кажется, что в регионах большой потенциал, который может быть раскрыт.

Остановить отток населения с Камчатки нельзя, но если университет начинает формировать для людей карьерные траектории и перспективы, то постепенно, не сразу, но они начинают верить в профессиональную реализацию в собственном регионе.

Вуз может сократить отток людей из региона, обеспечивая встречный поток: создавая для молодежи из других регионов привлекательные условия, образовательные программы и возможности построения карьеры. Появление тех, кто приезжает на полуостров сознательно, привлекает внимание самих жителей Камчатки к собственному региону.

Конечно, Камчатка — место не для всех. Здесь есть свои ограничения: более скромная городская среда, здесь стихия неподвластна человеку. Вдруг начинается метель — и невозможно выйти из дома. Или землетрясение, или вылет в экспедицию задерживается на несколько недель, потому что погода нелетная.

Но есть и то, что может привлекать людей. Во-первых, это уникальные объекты исследования, научные темы и направления: геотермальная энергетика, вулканология, биоразнообразие, исследования океана, культура и языки коренных народов. На Камчатке все эти направления можно изучать «в поле», в природной лаборатории и в сотрудничестве с ведущими научными центрами.

Учеба на Камчатке — это возможность выехать на вулкан или наблюдать колебания в центре сейсмического мониторинга. Для исследователей гуманитарного профиля — это шанс изучать, например, качество жизни в экстремальных условиях. Для лингвистов — уникальные экспедиции на север полуострова, где живут носители исчезающих языков коренных народов Севера, возможность приобщиться к их культуре, собрать языковые данные, сделать вклад в сохранение редких языков.

Обычно, когда представители вуза общаются с потенциальными абитуриентами и их родителями, они объясняют, почему учиться в их университете лучше, чем в каком-то другом. В основе аргументации КамГУ другая мысль: остаться на Камчатке как минимум не хуже, а может быть, и лучше, чем уехать в другой регион.

Абитуриенты часто выбирают не университет, а следуют за сложившейся моделью: закончил школу — нужно уезжать оттуда, где родился. При этом зачастую они слабо представляют себе, кем будут работать, сколько зарабатывать, как быстро построят карьеру. Наша задача — рассказать не о том, какое хорошее образование дает камчатский вуз, хотя оно действительно хорошее, а о том, что ждет ребят после того, как они закончат наш университет. Это можно делать только в связке с работодателями, с регионом.

Развитие университета — это фактор развития региона. Это означает, во-первых, что мы понимаем, какие направления подготовки важны для региона, например туризм, архитектура и градостроительство, энергетика, а также традиционно востребованные педагогические кадры, — и берем на себя задачу обеспечить регион этими специалистами.

Во-вторых, мы либо разворачиваем новые образовательные программы с нуля, либо университет выступает интегратором уже существующих у Камчатки компетенций и компетенций партнеров. Развитие таких новых направлений вузовской науки — это конкретный вклад в экономику региона. Например, результатом реализации программы развития геотермальной энергетики станет более низкая стоимость киловатт-часа.

Главный ориентир — Новосибирский университет, Академгородок и заложенный в основу его работы «треугольник Лаврентьева». Академик Михаил Лаврентьев, один из основателей, сформулировал принцип трех приоритетов: образование, наука и промышленность, на которую эта наука работает. Университет не может существовать как вещь в себе: это всегда живая взаимосвязь названных сфер. Именно эту модель мы стараемся воспроизвести на Камчатке.

Это, во-первых, большая работа пиар-службы университета — представлять результаты работы университета на разных площадках.

Во-вторых, это включенность в сеть партнерского взаимодействия с научными организациями по всей стране — от Сколтеха до ДВФУ, и с бизнес-партнерами, которых становится все больше. Благодаря такой включенности мы остаемся в фокусе внимания на федеральном уровне.

Создание центра — это, во-первых, ответ на запрос бизнеса: у компаний «РусГидро» и «Зарубежнефть» есть интерес к потенциалу Камчатки и России в этой области, ведь развитие геотермальной энергетики позволит удешевить электроэнергию.

Реализовывать такую программу лучше там, где для этого больше ресурсов, — там, где у партнеров есть и практический, и академический опыт, что позволяет объединить технические и научные компетенции крупных игроков отрасли.

Мы развиваем международное сотрудничество по приоритетным для нас направлениям. В области вулканологии и сейсмологии сотрудничаем со странами Тихоокеанского огненного кольца — прежде всего с Малайзией, Филиппинами и Индонезией, — а также с другими странами с повышенной сейсмоактивностью: Узбекистаном, Арменией, Турцией. Проводим совместные научные семинары и международные круглые столы. Один из результатов такого сотрудничества — открытие англоязычных программ: на программу по вулканологии к нам впервые приехали студенты из Индии и Китая.

С Китаем сотрудничаем в развитии устойчивого туризма, студенческих обменов и программ по бальнеологии, у коллег есть интерес к этой программе, к производству косметической продукции с камчатскими компонентами.

Конечно, первые три года работы — это личные идеи и трудозатратные, вручную собранные проекты, несколько десятков сверхмотивированных сотрудников. Сейчас по многим направлениям даже при нынешних масштабах и темпах развития университета ручное управление уже не работает.

Там, где можно сократить человеческие трудозатраты, мы это делаем с помощью цифровых сервисов. Кампус проектируем так, чтобы минимизировать рутинный ручной труд, заменяя его технологичными решениями: библиотеки с автоматической выдачей, сервисы автоматической распечатки и сканирования, роботы-уборщики и подобное. Все это сокращает потребность в персонале и упрощает управленческие задачи.

Инвестиционные проекты часто приходят туда, где бизнес только начинает работу и еще не выстроил структуру, — туда не пойдешь на стажировку. Но пока специалист учится в университете, эти рабочие места успевают появиться, и будущих кадров уже не хватает. Например, есть проекты, которые запустятся через четыре года, — как раз цикл подготовки бакалавра. Гостиница «Аквилон», проект банка «ВТБ», будет сдана через два года. Это означает, что студенты должны начать работать уже на третьем курсе, либо надо переориентировать нынешних старшекурсников других специальностей.

Систему СПО мы тоже используем — она помогает быстрее вывести на рынок часть специалистов. Запускаем программу «Архитектура и градостроительство» — будущих специалистов уже ждут в госструктурах.

Кампус объединит научные интересы ученых и студентов из разных регионов и стран по приоритетным направлениям развития, о которых уже говорили, задачи регионального развития, а также задачи федеральной стратегии НТР.

Кампус будет работать в гостевом режиме, система академической мобильности позволит студентам из разных регионов России и мира — в формате модуля, семестра или учебного года — получить в кампусе уникальный опыт, которого нигде больше не получить. Ученые и научные коллективы смогут добираться до объекта своего исследования и пользоваться инфраструктурой университета: гостевыми лабораториями для первичной обработки данных, сетью партнерств и коллабораций. Это будет точка постоянного движения и основа для развития региона и приоритетных для нас отраслей.

Это определенный уровень управленческой зрелости — когда видишь, что работаешь не только на себя и на свой управленческий «век». Когда-то я ехала на три года за опытом, а теперь понимаю, что три года — это не срок и не горизонт планирования, что здесь игра вдолгую, работа на масштаб.

Моя задача — повлиять на развитие университета, университетской науки и через это — региона. Это все значительно шире, чем карьера одного человека, это контекст глобальной траектории. И сейчас важно, чтобы прижились начинания, которые мы делаем с командой, и выстроились процессы.

Политика КамГУ состоит в том, чтобы исследователи могли как вести работу на объектах изучения, так и иметь возможность посещать крупные научные центры, ездить на стажировки, смотреть, как работают другие коллективы. А это подразумевает и быструю защиту, и публикации в рейтинговых изданиях, и возможность участия в крупных научных мероприятиях. Словом, быстрое построение карьеры.

И конечно, достойную оплату: ученые на Камчатке могут получать порядка 250−300 тысяч рублей, имеют льготы на аренду и покупку жилья — все это обеспечивает высокий уровень жизни им и их семьям.

Для меня переезд на Камчатку был важным и правильным шагом. Здесь я очень быстро вижу результат своей работы. Понимаю, насколько важен вклад каждого человека, который готов трудиться в своей сфере, делать что-то хорошее и буквально видеть, как его дело меняет мир вокруг к лучшему. Это ощущение, что именно ты делаешь что-то полезное и это заметно и важно, — для меня самое ценное.