ДИЗАЙН СРЕДЫ. ИСТОКИ
Ликбез по авангарду
Современные дизайнеры и архитекторы частных школ уделяют особое внимание проектированию комфортной среды. А что предлагали их предшественники ученикам самых обыкновенных школ 90 лет назад?
Мария Лавренченко
Cотрудник Музея архитектуры им А. В. Щусева
После Октябрьской революции волна радикальных преобразований охватила всю территорию нового государства, и одной из наиболее масштабных стала реформа просвещения. Ее задача была тем сложнее, что по преимуществу граждане были неграмотны (согласно переписи населения Российской империи 1897 года, только 21 % умел читать и писать). С нуля создавались новые типы образовательных учреждений: районные и ведомственные детские сады; рабфаки, готовящие к поступлению в вузы взрослых учащихся; школы фабрично-заводского ученичества при производственных центрах; учебные комбинаты, объединяющие несколько образовательных ступеней; профтехкомбинаты при крупных промышленных предприятиях, обеспечивающие их новыми кадрами всех уровней специализации. Средние образовательные учреждения, хоть и сохранили свою прежнюю основу, подверглись радикальным изменениям: если ранее их посещение было одним из этапов жизни человека, принадлежавшего к привилегированным слоям общества, а остальные довольствовались одним-двумя классами церковно-приходской школы, то теперь каждый ребенок, родившийся на территории Cоюза, был обязан ходить в школу в течение девяти лет. Его обучение было светским, проходило на родном языке, в классах без гендерного разделения и телесных наказаний.
В послереволюционные годы образ новой школы стал притягательным и отчасти мистическим, чему способствовали совершенно необыкновенные элементы
В Москве, Ленинграде и не только
Строительство школы было обязательным при планировке любого жилого квартала, новые строения возводились и в старых районах. Именно в этот период здания образовательных учреждений (не только школ, но и детских садов, учебных комбинатов, общежитий) стали неотъемлемой частью городского пейзажа.

Так, в Ленинграде на Тракторной улице был возведен один из первых жилмассивов авторства лучших архитекторов советского авангарда: А. С. Никольского, Г. А. Симонова, А. И. Гегелло. Вдоль дороги с небольшими уступами были выстроены трехэтажные жилые дома, по мере движения улица расширялась, высота строений увеличивалась до четырехэтажных, и завершала композицию архитектурная доминанта — здание школы имени 10-летия Октября: ее яркая и динамичная форма олицетворяла символ новой власти — серп и молот. Незавершенный полукруг серпа с выдающимся вертикальным элементом (молотом) своими очертаниями вторил необычным полуаркам, соединяющим жилые дома, выстроенные вдоль улицы, и тем самым достигалось единство и законченность ансамбля.

В Москве характерным примером застройки эпохи авангарда можно считать Дангауэровскую слободу — микрорайон в районе Лефортово, спроектированный М. И. Мотылевым, Б. Н. Блохиным, Д. Ф. Фридманом с участием других архитекторов. Кварталы Дангауэровки состоят из секционных жилых домов с выделяющимися угловыми элементами и включают здания бытового обслуживания: детский сад, столовую, клуб, магазин, а также школу, построенную по типовому проекту Д. Ф. Фридмана, — она возвышается среди основной застройки и обращает на себя внимание своей необычной ступенчато-пирамидальной формой, вторящей геометрии окружающих ее жилых зданий.

Эпоха авангарда открывает очередную страницу архитектурного эксперимента, и строительство новых жилых районов становится рабочей площадкой не только для советских градостроителей: в этот период над проектами школьных зданий в СССР работают многие приглашенные иностранные специалисты. Например, голландский конструктивист Йоханнес Бернардус ван Лохем участвовал в 1926–1927 годах в разработках новых промышленных городов. Один из немногих осуществленных им проектов — застройка правого берега реки Томь в Кемерово, Красной Горки, где сохранилась школа Кемеровского рудника. В центр здания была встроена железобетонная водонапорная башня, так как, являясь доминантой жилой застройки, оно было построено на возвышении. Стены школьных помещений для лучшей термоизоляции были построены из кирпича и деревянных бревен. Также интересны проекты школ и детских садов супругов Вильгельма Шютте и Маргарете Шютте-Лихоцки, работавших в Советском Союзе в составе группы немецкого архитектора Эрнеста Мая, некоторые из них реализованы в соцгородке Магнитогорска.
Интерьеры
В советской школе ученик должен был получить практические навыки, вырасти физически развитым, иметь возможность заниматься творческой самодеятельностью, поэтому уже на начальной стадии архитектурных разработок в ней планировались оборудованные помещения для практических занятий, спортзалы, актовые залы. В первое десятилетие существования новых школ повсеместно вводился лабораторно-бригадный метод обучения, предполагавший совместную работу над проектом в группах: бригада получала от преподавателя задание и в течение определенного времени самостоятельно трудилась над ним, отчет о работе также давал коллектив учеников. В связи с этим возникла большая потребность в узкоспециализированных помещениях в школах: химических, физических, биологических лабораториях, столярных и слесарных мастерских. Они были предусмотрены в проектах первых школ на западе Москвы — в Филях (архитектора А. Антонова), на Можайском шоссе (авторства Б. Сидорова).

Архитекторы стремились добиться максимальной функциональности постройки, которая при этом должна была соответствовать высоким санитарно-гигиеническим требованиям, предъявляемым к учебным заведениям: не только классы, но и коридоры были хорошо освещены, предполагались отдельные входы для старших и младших классов. Интересно, что спортзалом часто можно было пользоваться и в вечернее время, и в выходной — для этого был предусмотрен отдельный вход. Школьные библиотеки в первое время обеспечивали потребности в литературе не только детей, но и взрослого населения прилегающего района, по вечерам после работы здесь собирались увлеченные чтением жители; в актовом зале выступали ансамбли и группы самодеятельности, так как рабочих клубов не хватало. В учебном заведении были также предусмотрены: столовая, медпункт, помещения для общественных организаций, музей, а порой даже квартиры для преподавателей и директора.
10 ФАКТОВ О ШКОЛЕ КЕМЕРОВСКОГО РУДНИКА

  1. Голландец ван Лохем (1881–1940) работал архитектором при правлении Автономной индустриальной колонии «Кузбасс» в 1926–1927 годах. Школа — главное здание в застройке центральной площади поселка Кемеровского рудника. Помимо нее, там были спроектированы рабочий клуб, театр и кооперативный магазин.
  2. По проекту ван Лохема школа была рассчитана на 400 учащихся с классами на 40 человек. Ее композиционно-планировочное и архитектурное решение основано на голландском опыте проектирования «народного» жилья.
  3. Включение водонапорной башни в архитектурную композицию школы встречалось и прежде. В Новосибирске (тогда Новониколаевске) в 1911–1912 годах архитектором А. Д. Крячковым было построено 12 двухэтажных школьных зданий с башенками, в которых были размещены баки для воды.
  4. Уникальность здания школы Кемеровского рудника — в разнообразии материалов, использованных в качестве несущих и ограждающих конструкций. Железобетон, кирпичные стены первого этажа, деревянные срубы башенки и крыльев второго этажа, деревянная стропильная система.
  5. Особое внимание архитектор уделил освещенности классов. Комнаты снабжены большими, почти во всю стену, окнами высотой 2 метра, ориентированными на юго-запад и юго-восток (соотношение площади остекления к полу — 1:4). Это позволило обеспечить максимальную продолжительность естественного освещения для всех классных помещений.
  6. Несмотря на возражения архитектора, в процессе строительства высота водонапорной башни была снижена на 3 метра по сравнению с проектной отметкой. Еще раз башню уменьшили в 1960-х — на 5-5,5 метра (при демонтаже водяного бака).
  7. Первый учебный год для школы начался 1 сентября 1928 года. Ван Лохем к тому времени уже покинул СССР.
  8. По первоначальному назначению школа использовалась до середины 1960-х годов, потом в ней располагались административные учреждения.
  9. Пожар уничтожил спортивные залы. Изменена внутренняя планировка. Утрачены интерьеры. В последние годы здание не используется и находится в неудовлетворительном состоянии.
  10. В 2006 году здание школы Кемеровского рудника внесено в список культурного наследия Нидерландов за рубежом. В 2007-м школа получила статус объекта культурного наследия регионального значения.
Фотографии и историческая справка — из фондов музея-заповедника «Красная Горка», г. Кемерово, Кемеровская область, www.redhill-kemerovo.ru.
Новые формы
В создании проектов школьных зданий экспрессивных, динамичных форм с невероятно высокой функциональностью архитекторам-авангардистам не было равных: среди средних образовательных учреждений эпохи 1920–1930-х годов мы можем увидеть стилизованные серп и молот (как уже упомянутая школа 10-летия Октября в Ленинграде архитектора А. С. Никольского), различные виды самолетов и аэропланов (например, школа на Большой Смоленской в Санкт-Петербурге архитектора Н. Ф. Демкова); строения, представляющие собой объемное воплощение супрематических композиций (школа им. КИМ (Коммунистического интернационала молодежи) на улице Ткачей в Санкт-Петербурге архитектора Г. А. Симонова); корабли (Дом технической учебы на улице И. Черных авторства А. И. Гегелло); здания, напоминающие соединение ступенчатых пирамид (типовой проект школы Д. Ф. Фридмана), и многое другое.

Полный отказ от декора и классических пропорций освободил энергию и фантазию творчества, создал поле для новых экспериментов. Даже те проекты, которые были выполнены архитекторами-авангардистами в условиях жесткой экономии и в сжатые сроки, имели необыкновенные и динамичные формы, яркие и выразительные элементы, такие как ленточное вертикальное или горизонтальное остекление, крытые переходы между корпусами, скругления стен, широкие балконы и плоские крыши для физической зарядки на свежем воздухе, яркую, контрастную окраску фасадов, иногда — крупные надписи с лозунгами, пропагандирующими народное просвещение. Многие здания школ, построенные в этот период, до сих пор являются украшением городской застройки. Например, Лакинская школа искусств, Ликино-Дулевский лицей, школа № 36 на Станционной улице в Курске. Благодаря социальной значимости образовательные учреждения эпохи авангарда сохранились сравнительно лучше других категорий сооружений, причем они продолжают нести ту функцию, которая ставилась целью их создания.

В послереволюционные годы образ новой школы стал притягательным и отчасти мистическим, чему способствовали совершенно необыкновенные элементы. Например, многие здания, спроектированные в середине — конце 1920-х годов, имеют возвышающийся над крышей купол обсерватории, где в темное время суток в условиях малоосвещенной городской застройки того времени можно было наблюдать за ночным небом. Некоторые из них и сейчас можно видеть на крышах школ этого периода. Иногда в подвале учреждения располагались хорошо оборудованные кузнечные мастерские. Понятно, что такого рода элементы стимулировали интерес к учебе даже у простых рабочих ребят, первоначально имевших мало интереса к получению знаний.
Новшества эпохи авангарда коснулись и внутренних помещений: вместо полутемных пространств, изобилующих пышным оформлением, фойе и коридоры были выкрашены яркими, контрастирующими красками, широкое остекление создавало ощущение наполненности светом. Классные помещения были выполнены в светлых тонах. При этом проектировщики отказались от резных деревянных элементов, ковров и тканевых обшивок, характерных для школ императорской России, в первую очередь по санитарно-гигиеническим соображениям.

Интересен проект одноэтажной школы А. С. Никольского, предполагавший потолочное остекление в каждом классе, расположенное над доской. Чтобы в зимний период такие окна не засыпало снегом, они были расположены под углом, и крыша каждого класса была двускатной. Ряды этих треугольных призм контрастировали с полукруглой кровлей актового зала, создавая неповторимую динамичную архитектурную композицию школы, которая, к сожалению, так и не была реализована.

Для игр на переменах и в свободное время архитекторы проектировали множество открытых пространств: рекреации, широкие переходы в здании, за его пределами — дворы и скверы, закрытые со стороны проезжей части и основной застройки зелеными посадками, что способствовало тишине и обилию свежего воздуха.

Некоторые проекты школ предполагали наличие приусадебных и опытных участков поблизости, а также подсобные постройки, такие как парники и оранжереи, дополнительные помещения для инвентаря. В работах М. И. Мотылева прилегающие к учебному учреждению территории, отданные под сельскохозяйственные экспериментальные работы, занимают значительное пространство и детально разработанны.
10 ФАКТОВ О ШКОЛЕ НА ПРОСПЕКТЕ СТАЧЕК (САНКТ-ПЕТЕРБУРГ)

  1. При строительстве школы была предпринята попытка сформировать первое школьное здание нового типа с учетом новейших советских учебно-педагогических методов.
  2. Здание возводилось по проекту архитекторов Никольского и Крестина на основе экспериментальных разработок и программ, выработанных комиссией по школьному строительству для учебных заведений городского типа на 1000 учащихся.
  3. Здание имеет асимметричную планировку, выражающую революционную символику — форму серпа и молота. Каждый из пяти объемов, составляющих пространственное решение учебного заведения, имеет свое функциональное значение. Различные по величине корпуса школы составляют целостный архитектурный ансамбль.
  4. Башня здания завершена вращающимся куполом обсерватории и является его доминантой. Башня служит для вертикальных коммуникаций всего здания.
  5. С севера к ней примыкает пятиэтажный корпус с основными помещениями школы. Корпус резко контрастирует с одноэтажным отдельно вынесенным зданием гимнастического зала.
  6. С южной стороны к башне присоединен большой, изогнутый по дуге корпус, включающий все учебные помещения старших классов. Он соединен с трехэтажным зданием, выходящим на проспект Стачек, — эта часть здания предназначалась для младших классов и имела свой вход.
  7. При открытии школе был дан № 68 и присвоено имя 10-летия Октябрьской революции. В первые годы здесь побывали делегации различных стран, писатели Максим Горький и Анри Барбюс. «Прекрасные впечатления вызывает эта школа. Хорошо убедиться в том, что рабочий класс не жалеет сил и средств для того, чтобы дети выросли душой и телом «новыми людьми», — написал в книге почетных гостей Горький.
  8. Шефство над школой взяли рабочие Путиловского завода. Первым директором был назначен бывший рабочий Георгий Васильевич Алексеев. Практически с первого года работы школы открылось множество кружков, в основном технических. Ученики школы самостоятельно собрали трактор.
  9. Близкий вариант планировки был применен при постройке еще одной школы — на проспекте Металлистов, 119 (1935, архитектор Печнев).
  10. Во время Великой Отечественной войны лишь второй этаж школы был оставлен детям, которые проходили в здание через военные патрули по специальным пропускам. Ученики десятых классов ушли на фронт, остальные выступали в воинских частях с концертами, шефствовали над госпиталями, вязали воинам носки, шарфы, рукавицы, шили кисеты, сумели собрать деньги на танк, за что получили благодарственную телеграмму от И. В. Сталина. На третьем этаже здания располагался военкомат, на четвертом — военно-учебный пункт. В окнах разместили зенитные орудия, на чердаке поставили бочки с песком для тушения бомб-«зажигалок». В сентябре 1943 года несколько снарядов попало в стену столовой, но пострадали только книги из районной библиотеки.
О борьбе и финансировании
Архитектурный облик новых школ был призван наглядно продемонстрировать суть нового коммунистического строя и противопоставить его старому царскому учебному заведению, закостенелому, по мнению социальных идеологов, в своей классовости и элитарной направленности. Однако на практике столь грандиозные проекты требовали значительного финансирования, которого не хватало, а строительство затягивалось. Поэтому уже к началу — середине 1930-х годов появляются упрощенные проекты, сохраняющие основные функциональные особенности, но с существенно меньшим уровнем затрат и требуемой территорией. Многие из них были типовыми и легко возводились в регионах по всей стране.

В этот период советская власть начинает «борьбу с формализмом», а в строительстве — «с леонидовщиной» (по имени И. И. Леонидова, одного из самых ярких идейных вдохновителей советского архитектурного авангарда), и конструктивизм, а с ним и другие направления оказываются под запретом. Как следствие, отказываясь от необычных, полных динамики форм, авторы проектов обращаются к классическому наследию, что проявляется в изобретении промежуточных объемно-пространственных решений, сохраняющих авангардные черты в планах или боковых фасадах, но использующих декор и симметрию при оформлении главного фасада.

Несмотря на закат архитектурного авангарда в конце 1930-х годов в СССР, его основные идеи и принципы продолжали широко применяться в зарубежном строительстве, а затем постепенно были вновь задействованы и на своей исторической родине: в 1970–1980-х годах многие типовые здания школ и детских садов используют схожие разработки, а среди современных частных учебных заведений можно видеть очень сложные по объемно-пространственному решению проекты, близкие первым учебным учреждениям, выполненным архитекторами-авангардистами середины 1920-х годов.
Москва. Школа Дангауэровки на Авиамоторной улице
Если статья была для вас полезной, расскажите о ней друзьям. Спасибо!

Читайте также: