ED-БЕСЕДА
Чем качественнее среда, тем выше достижения школьников
Всемирный банк представил доклад, в котором отражены результаты исследования взаимосвязи таких характеристик, как размер классов, дизайн, качество воздуха, температура, освещение и других, с качеством обучения. Мы поговорили с одним из авторов этого уникального в своем роде документа — руководителем образовательных проектов, старшим специалистом в области образования Всемирного банка Тиграном Шмисом.
Денис Кравченко
Издатель журнала EdExpert
СПРАВКА
Тигран Шмис

Руководитель образовательных проектов, старший специалист в области образования Всемирного банка
Чувство причастности
— Тигран, на ваш взгляд, насколько эффективной является инвестиция в инфраструктуру, строительство школ, образовательную среду?
— Этот вопрос существовал всегда. И до недавнего времени у мирового экспертного сообщества не было ясного на него ответа. Финансисты же испытывали настороженность, связанную с тем, что вклад в инфраструктуру – это самая большая инвестиция, популярная среди политиков от образования. Основная гипотеза заключается в том, что качественная среда может стимулировать более качественное обучение. Качественное обучение, в свою очередь, является самым существенным вкладом в создание и укрепление человеческого капитала, развитие которого является стратегическим приоритетом работы Всемирного банка как в Европе и Центральной Азии, так и на глобальном уровне.

Для ответа на вопрос, как связаны среда и качество обучения, мы решили систематизировать исследования по этой теме. Один из наших соавторов, профессор Питер Барретт, в 2015 году выпустил известное исследование «Умные классы». Его команда в школах Великобритании измеряла освещенность, качество воздуха, уровень температуры, а также нефизические параметры, такие как восприятие, сложность, цвет, и смотрела, как эти факторы связаны с достижениями учеников.
Учитель, пространство, педагогика
Learning space - Учебное пространство
Pedagogy - Педагогика
Teachers - Учителя
Learner - Учащийся
—  На что нашим специалистам следует обратить внимание?
—  Есть базовые вещи: доступность, безопасность, размеры классов, наличие школ. Важно, чтобы здания сохраняли устойчивость в случае природных катаклизмов. При низком качестве строительства школа может даже без всякого внешнего воздействия разрушиться и причинить ущерб детям, в том числе летальный. Качественная стройка — это важно.

Также важна оптимальность пространства: сбалансированы ли планировка, температура, освещение. Есть исследования, в том числе отечественные, которые показывают, что чем больше расстояние от дома ученика до школы, тем хуже. Прежде всего, это вопрос безопасности. В некоторых странах предлагается делать общежития при школах для девочек. Потому что есть целый набор проблем, связанных с агрессией, в том числе сексуальной, направленной в сторону женщин.
Важный параметр — чувство причастности к среде
Поскольку в Великобритании данные о достижениях детей становятся доступными начиная с раннего возраста, у исследователей имелось достаточно информации для качественной аналитики. Исследование показало, что ключевые системные физические факторы – это освещение, качество воздуха и температура. То есть, если человек чувствует себя комфортно, это повышает образовательные достижения при прочих равных. Также важны цветовая гамма и организация пространства, его сложность, насыщенность.

Еще один очень важный параметр – чувство причастности к среде и возможность ребенка влиять на то, что его окружает. В целом исследование показало, что 16 % результата объясняется качеством образовательной среды.

Существует ясная корреляция. Чем качественнее образовательная среда, тем выше достижения школьников. Причем это работает с учетом поправки на социально-экономический статус. Вывод такой: при прочих равных в хорошей школе ребенок будет лучше учиться. «Умные классы» вышли в 2015 году. Отчасти благодаря этому исследованию мы решили посмотреть, каким может быть следующий шаг. По данным нашего исследования, в России эти утверждения подтвердились [1] .

[1] Исследование связи образовательных результатов российских школьников и качества образовательной среды на данных пилотного исследования TIMSS 2019 и опроса пользователей школ ОЭСР будет опубликовано Всемирным банком в ближайшее время.
—  Речь, наверное, идет о странах с низким уровнем жизни?
—  Да, основные проблемы существуют там, где имеется большой запрос на инвестиции, где не хватает школ и все еще не решен вопрос доступа к базовому образованию. К сожалению, мы знаем меньше всего как раз о ситуации в странах, где сосредоточены основные проблемы. Пока что существует мало надежных исследований качества образования в обозначенных странах. Например, в индексе человеческого капитала Всемирного банка [1] африканские государства представлены, но PISA, TIMSS, PIRLS там не проводятся.
—  А, к слову, Россия находится на каком месте в этом исследовании?
—  На 34-м. И это хорошо. По образованию мы на девятом месте. Но важно не место, а то, какие области и компетенции нужно развивать сегодня для успешности школьников в будущем. Исходя из этого, еще один важный вопрос: насколько школа соответствует тому, что преподается или планируется преподавать? Это вопрос именно российский. У нас до сих пор школы проектируются под классно-урочную систему.
Нужен шаг вперед
—  Какие исследования вы сейчас проводите?
—  Сейчас мы собираем разные сюжеты. В Ханты-Мансийском округе мы помогали проектировать современный детский сад. Мы доказывали, что здание на 220 мест можно сделать на 30% более компактным. Сравнивали с относительно новым садом, хорошим, но традиционным, где много коридоров, отдельных пространств. И он занимает более 4,7 тыс. м2. Мы помогли спроектировать здание на то же количество мест с объемом площади порядка 3,3 тыс. м2. Активное пространство увеличилось примерно в четыре раза. При том что все необходимые функции здание выполняет. И к тому же оно энергоэффективно.
—  Получается, разновозрастные коллективы смешиваются в одном пространстве?
—  Это уже сам детский сад может решать, смешивать их или нет. Это не противоречит СанПиН: если вы правильно организуете день, можно соблюсти даже принцип групповой изоляции.
—  ФГОСам это не будет противоречить?
—  ФГОСы дошкольного образования как раз поддерживают разнообразие пространств, стимулирование игры и так далее. Может быть несоответствие СанПиН, если будете смешивать детей. Но этого можно и не делать. В этом и заключается прелесть новых идей и новых пространств: вы можете реализовывать разные модели обучения в одном и том же месте. Если у вас традиционная школа или детский сад, так не получится. Потому что мешают стены. В некоторых случаях нормативы задают реальность. Но чаще инновации ведут за собой нормативы. То есть нельзя сказать: «Нам надо нормативы изменить, тогда у нас все будет хорошо». Сначала нужен какой-то шаг вперед.
—  А вот ханты-мансийский кейс — тиражируемый?
—  Ограничений нет. Этот детский сад был одобрен местной экспертизой. В этом регионе его можно теперь тиражировать.
Хорошее освещение в классах дает высокий эффект сразу
—  У нас, кажется, нет регионов, где не существовал бы дефицит мест в детских садах. Такой кейс мог бы оказаться чрезвычайно востребованным.
—  К сожалению, по текущему законодательству, такой проект нужно вновь утверждать в региональной экспертизе, если другой регион вдруг захочет его реализовать.
—  А если попытаться все это централизованно решить на федеральном уровне?
—  Можно, наверное, это сделать. Но это задача государства. От нас требовалось помочь созданию современного детского сада, компактного и энергоэффективного. По большому счету цена здания складывается из жизни этого здания на протяжении срока службы, некоторых вводных по ремонту, стоимости эксплуатации, расходов на отопление, электричества и так далее. Если детский сад стоит сегодня на 30−40% дороже, но экономит, например, 70% тепла и 50% электричества, получается в целом порядка 40% экономии в жизненном цикле.
Среда начинается с общения
—  Что можно порекомендовать директорам обычных школ?
—  Есть вещи, которые довольно просто реализовать. А есть вещи, требующие дополнительных инфраструктурных инвестиций, но, опять же, руководство к действию для директора школы — это, по сути дела, результаты и выводы, которые уже есть. Хорошо бы обеспечить хорошее освещение в классах, например. Это дает высокий эффект сразу. Можно либо заказать исследование, либо самому с датчиком походить по классам и посмотреть, как освещена, например, последняя парта. Кстати, наше исследование выявило, что российские школьники чаще говорят, что им слишком ярко.
—  А ведь это тоже надо учитывать, конечно…
—  Да, опасен не только недостаток ресурса, но и избыток. То есть везде должен быть баланс. Люди очень требовательны, человеческое тело чувствительно. Качество воздуха — это сложная тема. Команда Барретта ходила с датчиками по школам и замеряла, какая там концентрация CO2. И понятно, что там, где она была ниже, результаты были, наоборот, выше. Такие исследования проводились и в офисных пространствах. Как только CO2 начинает становиться больше чем 1500−2000 ppm, у человека когнитивные способности снижаются на 30%. Чем ближе уровень концентрации CO2 к уличному, тем лучше.

Мы проводили подобное исследование в Румынии. В некоторых школах концентрация CO2 в классах достигала 8000 ppm. В таких условиях ни учитель не может сосредоточиться, ни дети. Невозможно работать. Наши директора тоже могут провести небольшие исследования в своих школах, чтобы понять ситуацию. Можно поставить датчик, они сейчас продаются, дешевые. В разных классах поснимать информацию. И понять, что с этим делать. Может быть, проинвестировать именно в систему вентиляции, рекуперации.
—  В этом смысле требования, заложенные в СанПиН, адекватны?
—  В СанПиН ничего про концентрацию CO2 нет. СанПиН говорят про инфраструктуру, про эргономику в основном. Есть история с лево- и правосторонним освещением, которое никакого отношения к реальности не имеет. Если мы сделаем групповую работу и будет несколько точек активности, то с какой стороны должен падать свет? Современные подходы к преподаванию делают этот вопрос нерелевантным. А в целом, конечно, ни концентрация CO2, ни недостаточная или избыточная освещенность не обозначены в СанПиН. Зато СанПиН говорят, что надо проветривать помещение.
—  По-моему, там не учитываются возможности современных систем кондиционирования.
—  Да, нужно открывать окно, хотя это противоречит концепции энергоэффективности. Дальше: как оформлять цветовое решение? Какие цвета вызывают какие реакции у детей? Например, красный располагает к активности, зеленый — успокаивает; желтый — нейтральный. Дальше идет организация пространства. Голые стены отталкивают, а перегруженность отвлекает. Нужен баланс.
—  Должен высказать свое мнение и детский психолог, наверное. Потому что колористические решения у взрослых и у детей — это немножко разные вещи.
—  Я думаю, формирование среды начинается, конечно, с общения. Нужно, чтобы школьники, учителя, директор, администрация вместе подумали о том, как сделать школу более комфортной и мотивирующей учиться. Может быть, в рамках такой работы директор или инициативный учитель представит выжимку из обсуждаемого нами исследования. И дальше по поводу этого можно провести разговор. Общее понимание концепции «чувства причастности», как мне кажется, поможет продвинуться в поиске решений.
Заказчик должен быть коллективным
—  Я думаю, что 90% людей, работающих в сфере образования, не может представить себе альтернативу классно-урочной системе.
—  Я не берусь сказать, что 90%. Я в какой-то момент своей жизни писал диссертацию, изучал инновационных педагогов. Оказывается, есть две крайности. Самые прогрессивные учителя заявляют: «Все стены мы разрушим, сломаем». Самые консервативные говорят: «Я никогда ничего не буду менять в своей профессии». Но в целом я думаю, что педагоги все-таки гибкие люди. В целом потому, что у них есть хорошее образование и они стараются следовать трендам. В основном проблема заключается в том, что об эффективной организации школьного пространства мало говорят. Это общемировая проблема. Потому что исследования только в последние годы стали появляться.
—  И нет, наверное, какого-то набора типовых решений. Была бы у директора школы такая папочка с вариантами колористики, например, и он бы прямо говорил своему подрядчику: «Я хочу в спортивном зале вот это получить, в библиотеке — вот это, а в столовой — вот это…»
—  Я думаю, что заказчик, которого вы называете «я хочу получить», должен быть коллективным. Но роль директора как лидера важна. В той же самой Финляндии успешность проектов по реконструкции или строительству школ зависела от того, был ли директор активным. Там, где директор отстранялся, современная, интересная, инновационная школа не получалась.

Коллектив, как мне кажется, тоже должен участвовать. В основном это школьники и учителя, которые постоянно находятся в школе и, собственно, организуют процесс взаимодействия и обучения. В этом смысле коллективный заказчик — это важная история.

Ну и последний сюжет связан с мебелью, с организацией классов, коридоров. Если этим заняться, школа преображается моментально. Например, в Беларуси мы сделали рекомендации для школ по современному оснащению. Администрация посмотрела это руководство и решила: можно там поставить диванчики в рекреациях, набросать мешки такие большие, на которых можно сидеть, какие-то там уголки построить…
Эффективность инвестиций связана с задачей максимизировать активное пространство новых школ
—  Это всегда очень здорово у детей заходит…
—  Во-первых, они прочитали эту инструкцию, во-вторых, действительно ее поняли. И школа стала совсем другой, живой.
—  Уже есть какие-то данные, насколько это коррелирует с результатами?
—  Пока нет. Мы такое исследование будем проводить в Беларуси в рамках проекта Всемирного банка. Там школы будут ремонтирующиеся и неремонтирующиеся, и мы посмотрим, как восприятие измененных пространств будет воздействовать на учебный процесс. Это примерно через четыре года случится. Пока базовый замер мы сделаем, я надеюсь, в этом или следующем году.
Максимизировать пространство
—  Для российской системы образования тема эффективности вложений в школьную и детсадовскую инфраструктуру еще долго будет оставаться маргинальной?
—  Она перестала быть таковой, когда у нас появилось сообщество, которое ею занимается. Во-первых, оно многопрофильное: это и строители, и люди, которые занимаются стандартами, противопожарной безопасностью, СанПиН, и педагоги, и архитекторы. Сейчас на государственном уровне идет подготовка концепции современной школы. Я надеюсь, что в скором времени она будет утверждена. Этим занимается группа при Министерстве просвещения.
—  Какие-то пилоты будут реализованы?
—  Правительственная задача в федеральном проекте стоит так, чтобы несколько проектов новых школ появилось. Если раньше шел разговор, мол, давайте нормативы изменим и тогда у нас все зацветет — сейчас, мне кажется, правильное решение принято: давайте мы несколько школ сделаем, а дальше будем разбираться с нормативами. Мне кажется, движение в эту сторону идет в России.
—  Что, на ваш взгляд, должно поменяться в правовом поле, чтобы зажегся зеленый свет для реализации такого рода проектов?
—  Есть одна интересная история. У России была задача вступить в Организацию экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) к 2015 году. Вступление в ОЭСР накладывает на страну некоторые обязательства. Необходимо перейти на стандарты, ориентированные на результат. У нас пока не случилось такого кардинального изменения, по-прежнему существуют запретительные стандарты. Что не разрешено, то запрещено.

Каким образом написаны британские, например, стандарты? В России если мы заявляем: «Школа должна обеспечить безопасность ребенка», сразу возникают вопросы: «А что это значит? Давайте вы нам скажете, что это значит». А британцы говорят: «Нет, мы вам не скажем, что это значит. Есть инспектор, то есть человек, который отвечает за безопасность».

В этом смысле наша экспертиза — это экспертиза соответствия. А в странах, которые ориентированы на результат, работает экспертиза не соответствия, а реальной жизни.
Авторы доклада изучили 129 источников, имеющих отношение к созданию школьной среды, образовательной политике, процессу обучения: научные статьи, исследовательские отчёты, книги и монографии. Полученные данные были классифицированы следующим образом:

  • Доступность школ
  • Безопасность и здоровье
  • Оптимальные учебные места
  • Связь между школьным дизайном, педагогикой и местными сообществами
  • Эффективная реализация школьного проекта

Диаграмма показывает тематическую структуру доклада: от базовых потребностей учеников к оценке эффективности работы школы. Ожидания школ (внизу диаграммы) порождают практические требования (верх диаграммы). Текст посередине обобщает основные вопросы.
—  А если какой-то проектировщик сделает школу, которая сгорит на следующий день?
—  Эксперт должен это увидеть, грубо говоря, и все. Более того, в ряде стран, например, снимают барьер на первую экспертизу. Я видел такое в Сербии. Они убрали экспертизу до стройки. То есть у нас экспертиза — до возведения здания. Ты должен получить разрешение на строительство. В Сербии этот этап просто убрали, за экспертизу отвечает лицензированное проектное бюро. И уже на этапе приемки местная комиссия должна обосновывать, что в стройке что-то нарушено.

Я считаю, что битва за традиции в экспертизе не помогает развитию и поиску новых решений. Если получится изменить эту ситуацию, то можно резко сделать скачок. Естественно, будут вопросы, сложности, какие-то сюжеты, связанные с тем, что появятся недобросовестные проектировщики или застройщики, и так далее. Но эти ситуации и так случаются при существующей сегодня системе.
—  По сути дела, эффективность инвестиций связана с задачей максимизировать активное пространство новых школ?
—  Да. Например, сейчас по всей России реализуется проект односменной школы. Это триллионы рублей инвестиций. Если получится увеличить эффективность школьного пространства, то получится и существенная экономия и федерального бюджета, и региональных. Высвободившиеся средства можно будет тратить на подготовку учителей, программы, учебники.

При эффективном использовании школы стимулируют взаимодействие, физическую активность, позволяют реализовывать разные идеи. Простой пример: если школу сделать в системе общего пространства, а не коридорного типа, то примерно 20% квадратных метров можно сэкономить. Коридоры тяжело использовать, а общее пространство можно сделать многофункциональным.

Чем дальше мы на это смотрим, тем больше видим потенциал для эффективности, для повышения образовательных результатов, для инноваций. Инвестиции важны для создания школ, адекватных образованию XXI века.
Если статья была для вас полезной, расскажите о ней друзьям. Спасибо!

Читайте также: